Эрве Портангуэн

Эрве Портангуэн

55 лет, режиссер
Эрве Портангуэн

Меня зовут Эрве, и я влюблен в Алма-Ату.

Меня зовут Эрве, и я влюблен в Алма-Ату. Это было в мае, как и сейчас, только 21 год назад. В тот год Ренн – мой родной городок, расположенный на западе Франции, и Алма-Ату объявили городами-побратимами. Для кого как, а я уж точно породнился с этим городом, да так, что сменил гражданство. Да, я гражданин Казахстана! Вот уже девять месяцев.

В 1992 году приехал сюда в составе делегации на десять дней. Это был шок. Я вернулся во Францию и на время забыл о Казахстане. А через несколько лет уже во Францию приехала группа студентов из Казахстана, которые выиграли грант на обучение. Среди них была моя будущая жена. Я работал репортером, мы познакомились на студии телеканала.

Поженились. Переехали в Париж, но часто ездили в Казахстан. У нас двое дочерей: Дария и Айнура. Мне нравятся казахские имена. Мы хотели, чтобы наши дочери осознавали обе культуры, а не стали только «parisienne» (с французского –«парижанка». – Прим. Esquire). Поэтому два года назад мы переехали в Казахстан. Только вот незадача: вернувшись, жена оставила меня, уехав в Астану с дочерями. А я остался здесь – не изменяю своему Алматы.

Снимаю документальные фильмы, работаю оператором на студии «Казахфильм», а еще даю уроки французского. В Казахстане нет мафии или я ее не встречал: хочешь заработать денег – вперед! Во Франции с этим сложнее. Вместе с моим другом и режиссером Дарежаном Омирбаевым готовим культурный проект «Экран. Караван искусств». Его суть – объехать 40 сел и аулов Казахстана за два летних месяца и показывать кино. На открытом воздухе. Фильмы казахстанского производства – как старые, так и современных авторов. Также будут выступления танцоров, может даже иллюзионистов, ну знаете, как в старые времена. Если у людей нет возможности прийти к искусству, то искусство придет к ним. Я верю, что это объединит людей и пробудит тягу к прекрасному.

Больше всего в этом городе меня поразила архитектура, ее советский колорит. Для меня это удивительно, ведь раньше страна была закрыта. Я будто окунулся в историю с большой буквы«и». Я приехал в Казахстан, и у меня была карта мира, на которой его, собственно, и не было. Даже в 1996 году все меня спрашивали, где Казахстан. Да что там 1996-й! Даже сейчас иногда спрашивают.

Когда я начал исследовать Алматы, это был такой постсоветский город, и я влюбился в тот урбанизм. Влюбился в старую Алма-Ату. И я немного жалею о том советском прошлом, которое я не имел, но потерял.

Мне нравится видеть контрасты, что появились сейчас. Поэтому я живу на«Атакенте»(район в Алматы. – Прим. Esquire), в одном из сохранившихся советских домов с большими стенами и въедливыми соседями на лестничной площадке. Они словно члены моей семьи. Во Франции – сильное разделение между богатыми и бедными и нет такого общения. Я не наивный, в Алматы такое тоже есть, конечно. Но в«Атакенте» хорошо.

За то время, что я здесь, в городе стало больше велосипедистов. Раньше же их вообще не было. Город меняется. В Париже велосипедистам запрещено ездить по пешеходным дорожкам, их тут же штрафуют. А здесь вот можно.

Алматы – грязный город? Тю! Я вас умоляю, в Париже также грязно. Ненавижу, когда оставляют мусор в горах! Ненавижу, когда оставляют его везде! Прямо не-на-ви-жу!

Моей дочери от первого брака сейчас 25 год, она живет  в Париже. Она шесть лет учила русский язык, и скоро поедет учиться на магистра в Варшаву. А в следующем году планирует приехать в Казахстан для прохождения практики. Ей было 8 лет, когда я женился на казашке, и мы первый раз поехали в Казахстан, первый раз взяли ее с собой и первый раз поехали на местном поезде. Ехали из Алматы в Петропавловск – два дня в просторном купе. На остановках мы спускались и покупали пирожки, шоколадки, фрукты; дочке все было так любопытно, да и мне тоже. Помню ее округлившиеся глаза, когда мы купили большую сушеную рыбу, а когда занесли в купе, еще и запах!

В той поездке я увидел страну. Она такая широкая! Вот она, причина любви. В Казахстане видна бесконечность. Я не скучаю по Франции, я не могу там дышать. В Париже все на меня давит: эти узкие улочки, сам воздух. Ты открываешь окно своего дома и можешь дотронуться до соседнего здания. Так же можно с ума сойти! Здесь же утром я вижу солнце, горы, ну и своих соседей.

Я все больше сталкиваюсь с молодежью, которая говорит лишь на казахском языке. Скажите, они говорят по-русски? Какой язык мне учить?!

Меня забавляет, что в Казахстане, куда ни поедешь, одни и те же блюда. Везде плов, бешбармак, манты. Такое единение! Это так странно: даже в маленькой Франции в разных частях страны свои особенные блюда.

Я не хочу быть нигде, кроме Казахстана.

В Алматы я люблю «летники». Они лучше, чем в Париже. Потому что там все настолько тесно. А где не тесно, там дорого. За все надо платить, но пока не здесь.

Взятки я не давал! Гражданство получить не так сложно, как может показаться.

О, сейчас мы не так часто видим постеры с Назарбаевым, как это было, например, году в 2000-м. Правда, я слегка удивился, когда увидел текст Назарбаева в начале и конце одного казахстанского фильма. Если бы президент Франции сделал нечто подобное, то был бы большой скандал! Но почему нет?

В Алматы качество жизни лучше, чем в Париже.

Я хочу чувствовать себя полноценным, подсказывать людям на улице, как куда пройти. Когда сюда приехали французские актеры, первое, что они отметили прямо в аэропорту: какие красивые и элегантные девушки! Во Франции так не одеваются, так не ходят, а то парни будут вслед кричать тебе не совсем лестные слова. Девушки, не меняйтесь!

Когда я хочу побыть один, сажусь на 6 автобус и еду на Медео. Дикая природа в 20 минутах от города! Изумительно.


Записала Айсана Бейсенбаева

Источник фотографии